01:08 

Венец примирения

Kira-chan@nya
Если вы думаете о том же о чём и я, то вы сумасшедшие
Автор: Lkv
Название: Венец примирения
Бета: сам автор (Lkv)
Пейринг/персонажи: Саске/Наруто
Рейтинг: PG [ PG-15]
Жанр: Юмор
Состояние: Окончен.
Дисклеймер: все Кишимото-сан-Великий Бог-Покоритель умов-Благодетель Яойщиков
Примечание: Немного PWP (но я надеюсь, что это только мне привиделось)
От Автора: Идея обруча aka венца сперта из одной анимешки… Все смотрим «Инуяшу», еще и не такой бред напишем))
Саммари: Наруто вернул Саске в Коноху. Осталось вернуть только их дружбу.






- Поместить в хранилище и никому не давать в руку!
- Есть, Хокаге-сама!
- Созвать шиноби-медиков, уведомить правительство страны Огня и попросить их технической поддержки.
- Слушаюсь!
- И чтобы больше он никогда не оказался в руках наших шиноби, это ясно?
- Есть!
АНБУ, приняв из рук запечатанный со всех сторон намертво прямоугольный ящик, исчезли из вида. Глубоко вздохнув, Цунаде откинулась на спинку кресла.
- Цунаде-сама! – в коридор влетела запыхавшаяся Шизуне.
- Как там пострадавшие?
- Переживают глубокий психологический шок.
- Сакура?
- Ее состояние крайне тяжелое.
- Наруто?
- Вроде в порядке…
- Ну еще бы, -Цунаде снова откинулась в кресле и вперила взор светло-карих глаз в серую побелку потолка, - Еще бы он был не в порядке… Этот Наруто, - Хокаге злобно нахмурилась, - В конце концов, он заварил всю эту кашу.
Однако, чтобы там не думала достопочтенная Пятая и еще полдеревни Конохи, каша в этот раз была заварена далеко не самым непредсказуемым (и поэтому в тот момент мирно сидевшим дома) шиноби Скрытого Листа, а ни кем иным, как Хьюгой Нейджи. Да, именно гениальный потомок знаменитого клана, именно всеизвестный вундеркинд, Нейджи, умудрился не только заварить эту кашу, но и опробовать первую ее ложку. Каша ему не понравилась… И он сбагрил ее любимой деревне.
Началось все в один из солнечных июльских деньков, не предвещающих самим по себе ничего плохого. Команда Гая в неизменном ее составе двинулась на очередную, самую пустяковую и не предвещающую вообще никаких новых явлений – не хороших и не плохих, миссию. Можно было даже сказать, что миссия была безобидной. Но, как показало впоследствии время, пустяковых и уж тем более безобидных миссий в природе не существует.
- Что?! – недовольный голос Тен-Тен заложил уши окружающим в радиусе километра, - Так нас сюда за этим отправили?
Команда юных коноховских дарований стояла в заваленной грудой вещей комнате.
- Похоже на то, - Нейджи присел перед покрытыми толстым слоем пыли предметами неизвестного назначения и попытался выяснить что такая «сильная и профессиональная» команда как они делает здесь, посреди этой груды мусора (по-другому невероятное количество барахла Нейджи назвать не удалось). Потратив несколько минут на бесполезное созерцание хлама и даже попытавшись выявить что-нибудь необычное и супер-опасное с помощью бьякугана, Хьюга так ничего и не нашел и поднялся, напоследок одаривая груду вещей на полу разочарованным взглядом.
- Ещ! – послышался голос Гая, - Хокаге-сама на нас рассчитывает, ребята, не подведем ее! Разберем эту кучу за… - Гая посмотрел на часы, - За десять минут! Я засекаю!
И учитель рванул в самые залежи барахла, малейшим движением поднимая за собой целый столб пыли.
- Ещ! – послышался крик, идентичный крику только что прозвучавшему, с той только разницей, что второй голос был чуточку звонче, и, в абсолютно такой же манере, с неизвестно откуда взявшейся прытью, Ли бросился вслед за Гаем, поднимая столбы пыли еще хлестче своего учителя.
- Да… - выдохнул Нейджи и опустился около небольшой груды мусора, как можно дальше от своего напарника и сенсея.
Тен-Тен последовала его примеру.
- Кунай… тупой – три штуки, - декламировала куноичи, перебирая содержимое своей коробки.
- Клади сюда, - уже не такой задорный, как полчаса назад голос Ли, - Их здесь целых восемь.
- Можно сдать в металлолом, - усмехнулся Нейджи, роясь рукой в каком-то необъятном мешке. Работа по разборке коноховского хлама шла медленно. Внезапно рука брюнета наткнулась на что-то холодное, гладкое, и, судя по всему - металлическое.
- Ребята, скоро и вправду в металлолом понесем, - крикнул он Тен-Тен и Ли, ожидая достать из мешка очередной тупой, как его жизнь, кунай, но достал…
- Какая прелесть! – послышался восторженный голос Тен-Тен за спиной, - Нет, только попробуй его в металлолом сдать!
Перед глазами ребят предстал необычайно искусно сделанный обруч, резьбой и отделкой напоминающий венец для головы. Серебро, из которого он был сделан, блестело в тусклом свете полутемной комнаты. Трое шиноби, приятно удивленный своей неожиданной находкой, не сводили с него глаз.
- Эй, Нейджи, дай померить, - Тен-Тен осторожно взяла обруч из рук Хьюги и попыталась одеть на голову.
- Волосы распусти, - посоветовал брюнет, глядя на потуги девушки.
Куноичи, всучив находку обратно в руки товарища, принялась возиться с волосами. Нейджи, от нечего делать, крутил обруч в руках.
- Померяй, - весело улыбнувшись, предложил Хьюге Ли.
Тот только усмехнулся в ответ.
- Что я, девчонка, что ли?
Ли сделал очень умное лицо.
- А ты не знал? – начал он, - Не только девушки обручи носят.
- Даа? – наигранно-удивленно воскликнул Нейджи, - И кто же еще? Лица нетрадиционной ориентации? Может, тебе его надеть?
И с этими словами брюнет нацепил на голову ничего не подозревающего товарища обруч. На миг лицо Ли озарило небывалое возмущение, но затем хмуро сдвинутые брови его разгладились, и он уставился на Нейджи не разозленным, как мгновение назад взглядом, а какими-то новым глубоким и даже нежным.
- Ли, - улыбаясь, позвал Хьюга, думая, что за шутку еще выкинет его напарник, прежде чем закончится их миссия.
Но Ли не отозвался, только приоткрыл чуть-чуть рот, все так же продолжая пожирать Нейджи взглядом.
- Ребята, - Тен-Тен с уже распушенными волосами стояла рядом, - Кончайте ваши шутки.
- Да я-то с радостью, - откликнулся брюнет, удивленно глядя на напарника, - Только вот что-то Ли не хочет.
Немного приблизившись к нему, Нейджи поднял было руку, намереваясь сорвать обруч с головы Ли, но в этот момент рука товарища сомкнулась на его запястье.
- Эй! – возмущенно воскликнул Нейджи.
Чудеса только начинались.
Отточенным движением Ли завел руку брюнета назад и заключил его в объятья, не давая возможности вырваться. Далее произошло что-то совсем уже не возможное. И этим чем-то был необычайно страстный поцелуй, подаренный Нейджи его товарищем.
«Гендзюцу», - попыталась найти оправдание всему происходящему стоящая рядом Тен-Тен, заливаясь краской.
Гениальный потомок клана Хьюга задергался в жесткой хватке Ли как от удара током. Однако, ни второму, ни третьему поцелую это не помешало.
- Гай-сенсей! – испуганно закричала девушка, даже не зная, как правильнее будет отреагировать на это.
Непрерывающиеся конвульсии Нейджи, наконец, дали свои плоды. Руки Ли чуть ослабли, что дало возможность Хьюге хорошенько врезать этому недоумку коленом в живот. Прибежал запыхавшийся Гай. Нейджи присовокупил к своему удару еще несколько оплеух, на последней из которых обруч, что все это время держался на голове Ли, слетел и с тихим звоном покатился по полу.
Тряхнув шевелюрой, Ли устремил ничего не понимающие глаза на Нейджи, потом перевел на Гая, потом на Тен-Тен, затем на обруч все еще катившийся по комнате, слегка мерцая в полумраке, и, наконец, остановил свой взгляд на Хьюге.
Брюнет всерьез испугался, ожидая, что вот-вот – и Ли снова накинется на него со всякими наинепристойнейшими намерениями, но тот только закричал, округлив в ужасе глаза:
- Боже!!! Что я только что делал?!
* * *
Самый непредсказуемый, неожиданный и способный доставить кучу проблем разом куче человек шиноби Конохи брел по пыльным, иссушенным жарким июльским солнцем улицам. Народу было немного. Слишком сильно пекло солнце, чтобы у бесстрашный, известных на весь мир своей выносливостью, ниндзя Селения Скрытого Листа хватило сил выйти на свет Божий. Наруто же, казалось, не замечал ни жары, загнавшей основные народные массы под крыши домов, ни палящих лучей солнца, безжалостно бьющих прямо на его несчастную голову, ни перемешанного с уличной пылью раскаленного воздуха. Будущий Хокаге шел, глядя себе под ноги и безустанно повторял одни и те же слова:
- Теме, чертов придурок…
Данная характеристика, несомненно, могла принадлежать кому угодно, начиная с Конохомару и заканчивая Какаши-сенсеем, но, поскольку сии слова вылетали из уст Узумаки Наруто, причем вылетали с завидным постоянством, можно было смело утверждать, что адресованы они были Учихе Саске.
- Чертов теме, придурок, - разнообразил иногда порядок слов самый непредсказуемый шиноби, хмуря светлые брови.
Прошло уже около полугода с тех пор, как Саске вернулся в деревню.
Вернулся.
Потому что отомстил. Потому что с Акацуками и Мадарой было покончено, и правда, такое долгое время старательно скрывавшаяся от последнего из клана Учиха, теперь была ясно видна ему. И вернуться, предварительно перемочив оставшихся в живых Акацук, бок о бок со своими бывшими товарищами, теперь оказалось возможным для него.
Но…
Вернулся только красивый, темноглазый брюнет со смертельно-опасной катаной за спиной, так похожий на их прежнего друга - самого Саске не было. Снова очутившись в Конохе, он ясно дал знать, что не собирается восстанавливать прежних связей и работать с командой №7. Собирается быть один… И ему не было вовсе никакого дела до Сакуры, которая изо дня в день упорно ждала его на мосту, где они собирались перед миссией в детстве, до Какаши, который хотел восстановить их старую седьмую команду, до Наруто, который сильнее всех ждал его возвращения. Который представлял все эти четыре года сцену их встречи, засыпая ночью после изнурительной тренировки. Который, как упрямый дурак, искал его по всей стране Огня, прошел ради него сквозь огонь и воду. Который ждал улыбки и теплого взгляда темных глаз в тот миг, когда Саске сказал, что вернется, а увидел только плотно сжатые губы на холодном чужом лице и угасающий шаринган.
Ругаясь про себя и ругая почему-то в основном покойного ныне Орочимару, Наруто взбил подошвой форменной обуви песочную дорожную пыль. О носок стукнулось что-то металлическое и зазвенело, отскочив в сторону. Наруто удивленно осмотрелся: здание резиденции рядом, палящее летнее солнце, валяющийся на дороге стальной пыльный обруч для головы.
«Галлюцинация? – первым делом подумал Узумаки, - Кто тут у нас такие вещи теряет? – подошел поближе, - Такие на редкость дебильные вещи…»
Опустившись к бесхозной вещичке, слабо блестящей в лучах солнца из-за толстого слоя пыли, Наруто поднял ее в руки, намереваясь осмотреть.
Ничего особенного. Немного похоже на венец, но слишком просто сделано: никаких узоров, только небольшая резьба по краю.
«Бабуля Цунаде», - стал перебирать в уме возможных обладательниц находки Узумаки. Потом представил Пятую Хокаге с обручем на голове и немного испугался. Такую же реакцию, вызвали приукрашенные в богатом воображение блондина обручем Сакура, Ино, Тен-Тен и Хината.
«Неудивительно, что его выкинули», - подвел итог Наруто, так и не оценив ни красивой резьбы, ни крохотных, едва заметных завитков, украшавших его находку, что так понравились Тен-Тен, - «Кому же мне его возвращать в таком случае?» - он поднял венец с земли и почистил о куртку. Солнце отразилось о гладкую серебряную, а вовсе не стальную, как подумал сначала блондин, поверхность и ударило Узумаки прямо в глаза. Оставлять его здесь моментально расхотелось. Отражающийся свет подействовал на Наруто почище любого гипноза. И, воровато оглядевшись, Узумаки сунул находку себе за пазуху.
«Ну, раз уж его выкинул – он ведь никому не нужен, да?» - быстро нашел оправдание своему подленькому поступку блондин и нарочито медленно пошел дальше, - «А уж я-то точно найду ему применение».
Деревянные крыши домов уносились назад с бешенной скоростью. Лицо обдувал сильный ветер, заставляя прищурить глаза. Наруто быстро двигался по деревни, перепрыгивая с одной крыши на другую. За пазухой грел через тонкую ткань футболки грудь, все еще теплый от летнего солнца, обруч.
- Так… Никого нет, да? – Узумаки приставил руку козырьком к голове и бросил мимолетный взгляд на пустующие улицы Конохи. Не было никого и у дверей Академии – воскресный день. Не толпился, как было обычно, народ и у магазинчиков на центральной улице, только пара вялых шиноби попалась на глаза Узумаки. Излюбленная крыша для созерцания облаков Шикамару тоже пустовала. Наруто удрученно вздохнул, сожалея о том, что не с кем поделиться новостью о рассеянных дамах Конохи, умудрившихся посреди улицы посеять такую диковинную вещь. Задумавшись ненадолго, блондин повернул в сторону леса и через некоторое время оказался на тренировочном полигоне. Приземлившись на землю, он уселся около одного из столбов и достал из куртки обруч. Немного помедлив, он снял и куртку, затем футболку, прохладнее от чего, однако, не стало.
- Черт… - Наруто без сил повалился на сухую траву и тут же вскочил, - Так только еще хуже. Гребанная жара!
Гребанная жара неумолимо усиливалась и еще минут через десять загнала Узумаки в лес. Там было ненамного прохладнее, но невыносимо душно, и, приложив к ничего не соображающей и так, а уж после такой жары – и подавно, голове руку, Наруто всерьез задумался насчет того, чтобы пойти на реку и остаться там на всю жизнь, или, по крайней мере, на то время, пока не спадет зной, но тут заметил знакомую фигуру, сидящую, прислонившись к одному из деревьев.
- Теме,- шепотом, чтобы – не дай Бог! – не вспугнуть бывшего напарника, произнес Наруто.
«Теме» сидел, склонив темную, чуть мокрую от жары голову на грудь и не реагировал на внешние раздражители. Приблизившись, Узумаки опустился на корточки перед лицом брюнета и с удивлением заметил, что тот спит.
- Теме! – в шоке воскликнул блондин, разглядывая умиротворенное во сне лицо Учихи. Все, что касалось Саске, он имел обыкновение выражать только одним словом.
«Вот уж не подумал бы, что даже такого упертого ублюдка может сморить жара!»- мысленный лексикон Узумаки был, надо признать, побогаче.
Пользуясь столь редким случаем, Наруто сделал все, на что бы никогда не решился рядом с бодрствующим Учихой: подержал его за руку, вытащил из ножен лежавшую рядом с брюнетом катану, чуть не снеся при этом ближайшее дерево, дотронулся до его щеки, после чего и сам смутился своим действиям и отошел на небольшое расстояние от Саске, изредка бросая на спящего парня виноватые взгляды. Не долго, однако, это протянулось, и через несколько минут Наруто даже стало интересно, чтобы случилось, если бы Саске застукал его за чем-нибудь подобным. В голову лез только громовой крик брюнета – «Чидори!», что не могло не пугать. Но такие мелочи, как собственная жизнь, всегда волновали Узумаки мало, что, к слову, зачастую приводило к пребыванию блондина в больнице, но все равно ни чему не учило. Снова присев на корточках перед Учихой, Наруто задумался над какой-нибудь пакостью, которая заставила бы заплатить Саске за все то плохое, что он успел сделать ему по возвращению в деревню, а точнее – за то, что не сделал ровным счетом ничего. Но почему-то, кроме глупой идеи обрядить Саске в девчонку посредством найденного недавно обруча, ничего в голову блондина не лезло.
- Что ж, будем работать с тем, что имеем, - сказал самому себе Наруто и возгрузил венец на голову брюнета.
Саске моментально преобразился в принцессу.
- Ого, - подленько захихикал Узумаки, но неожиданно застыв на месте, добавил несколько обреченно, - Он меня убьет, - и с этими словами Наруто вытащил из-под обруча темные пряди волос Саске и закрыл ими обруч. Критически оглядев свою работу, блондин остался доволен: венец скрывался под черными волосами, и лишь на лбу виделась узкая металлическая полоска.
Учиха стал отдаленно похож на СейлорМун.
- Ну что ж, - Узумаки морально приготовился к скоропостижным и весьма болезненным разборкам и потряс брюнета за плечи, - Проснись, Саске.
Учиха вздохнул и медленно открыл глаза. В зрачках плескалась муть.
Он поднял взгляд на блондина и замер.
Глядя в черные глаза, Узумаки ясно понял, что убивать его сейчас никто не собирается. Но и хорошего сейчас точно ничего не случится.
* * *
- Цунаде-сама! – одновременно четыре голоса нарушили тишину, царящую с утра в резиденции. Далее выбитая «зеленым зверем» дверь полетела Пятой Хокаге прямо в лицо с бешенной скоростью, так, что та еле-еле успела пригнуться, захватив с собой полупустую бутылочку саке, пребывавшую на столе.
Предводительница Конохи даже не успела как следует возмутиться: со всех сторон на нее посыпалась пламенная малопонятная речь каждого участника команды Гая.
- А ну тихо всем! – попыталась перекричать их Цунаде, но не смогла, а потому со всей силы стукнула кулаком по столу. Ни в чем не повинная мебель угрожающе затрещала от столь жестокого обращения, а шиноби испуганно замолчали.
Хокаге выдержала паузу.
- Зачем пришли? – наконец, спросила она, деловито сложив руки на груди.
- Ну… - начали все разом.
- Не вместе! – снова повысила голос Пятая и обратилась к Гаю, - Докладывай.
- Докладаю, - Гая вытянулся в струнку и начал рассказ, - На сегодняшнем задание нашей командой было обнаружено оружие смертельной опасности…
- Что за оружие? – с плохо скрываемым волнением перебила Цунаде.
- Обруч для головы!
- … Что???
- Обруч для головы, Хокаге-сама!
Цунаде без сил рухнула обратно в кресло.
- Издеваетесь? – тихо спросила она оттуда.
- Никак нет! – Ли выступил вперед, - Надев обруч на голову, я попал под его контроль. Он захватил мой разум!
- Обруч? – устало переспросила Цунаде, мысленно подыскивая более действенные методы лечения для внезапно свихнувшейся команды.
- Да, обруч! – это был уже голос Нейджи, - Обруч взял над ним вверх и заставил захватить меня… в плен… - на этом месте Хьюга как-то потупился и замолчал, отведя глаза в сторону.
- И что же ты с ним сделал, будучи под контролем… хмм… этого обруча, - заинтересовавшись, спросила Хокаге, глядя на Ли.
На некоторое время в кабинете воцарилось молчание, какое было примерно пять минут назад, до появления команды Гая и смертельной опасности в виде какого-то украшения для головы.
Наконец, Ли ответил:
- Целовался с Нейджи…
Ничего подобного за время своей работы на посту Хокаге Цунаде, признаться, еще не слышала.
- Так… - она нервно поправила прическу, отталкиваясь от спинки кресла и опуская локти на стол, - Так где же теперь этот обруч?
- Тен-Тен! – позвал Гай. Девушка вышла вперед и поставила на и без того заваленный папками и бумагами стол Пятой пыльную картонную коробку.
- Вот, я положил его сюда, - Гай спешно открыл вместилище «новой угрозы мира» и пошарил рукой на дне, - В эту коробку… - к поискам присоединилась вторая рука, а затем и голова сенсея, - В эту… неужели дырявую?... коробку… - он поднял ее перед собой, и Цунаде увидела искренне удивленное лицо джоунина, проглядывающее через нее.
- Эту коробку без дна, - заключила Хокаге, апатично прикрывая глаза и не обращая на испуганные лица шиноби никакого внимания.
- Коноха обречена! – оглушил резиденцию крик незадачливого сенсея, - Нам всем конец!
День только начинался.
* * *
Несколько минут, наверное, смотрел брюнет молча на Узумаки. Сперва, как всегда бывает со сна, не понимая суть происходящего, затем удивленно, и, наконец, долгим испытывающим, но вместе с тем необычайно теплым взглядом. Саске словно пытался прочесть его. Прочесть как книгу.
Наруто стало не по себе. «Что он так смотрит? Когда меня уже убивать-то будут?» - озадаченно думал блондин, отклоняясь от Учихи назад, словно пытаясь таким образом спрятаться от его взгляда. Но убивать его, как ни странно, никто и не собирался. Во всей позе брюнета не было никакой угрозы. Между тем, Узумаки почему-то захотелось прямо сейчас провалиться сквозь землю. И желание это только еще больше подогревалось пронизывающим взглядом Учихи.
«Если он сейчас же ничего не сделает, я свихнусь», - подумал Наруто.
И в тот самый момент, когда эти мысли пронеслись у него в голове, Саске поднял руку.
«Ну вот… Подумаешь о том, как хорошо бы было поскорее провалиться сквозь землю, так сразу же тебе все начинают в этом помогать!» - Наруто зажмурился, ожидая как минимум удара в лицо, но снова ошибся. Рука брюнета осторожно, словно опасаясь причинить боль, легла на его щеку.
- Что… - от удивления Наруто даже произнес это вслух. Открыв газа, он столкнулся с теплым взглядом брюнета, а на лице его играла улыбка.
«Я сплю, - подвел итог Узумаки, - Или – нет, у меня солнечный удар и галлюцинации. Точно! Именно так».
Но для галлюцинаций, и уж тем более для сна слишком явно чувствовалась мягкая ладонь на щеке блондина. Вот Саске повел рукой вверх, и его тонкие пальцы погрузились пшеничные пряди волос Наруто. Обхватив рукой его голову, брюнет потянул Узумаки на себя. Через секунду их лица оказались в миллиметре друг от друга, и Саске коснулся его губ своими.
«Черт!»- Наруто почувствовал язык Учихи у себя во рту и залился краской. Оттолкнув лицо брюнета от себя, он судорожно попытался отдышаться.
- Что происходит? – задал он вопрос в пустоту.
И, надо же, на него отвечают.
- Ты с ним целуешься, - голос с ближайшего дерева.
- Какаши-сенсей? – Узумаки вырывался из цепких объятий брюнета, оставив, правда, тому на прощание клок своих волос, и, потирая голову, подбежал к дереву. На толстой нижней ветке и правда сидел Какаши. В руках неизменная книжка, единственный открытый глаз понимающе прищурен, через маску виднеется улыбка.
Наруто почувствовал себя последним извращенцем от учительского взгляда. Краска снова залила лицо.
- Ну, что я могу сказать, ребята,- начал Хатаке, не обращая на смущение Узумаки никакого внимания, - Не то, чтобы я совсем не знал… - он выдержал паузу, наслаждаясь произведенным на блондина эффектом, у которого от одной только мысли, что учитель там что-то еще и знал, хотя ничего вроде не было, чуть не случился инфаркт, и продолжил, - Но, скажем так – не был точно уверен. Вы, надо признать, хорошо скрывались…
- Какаши-сенсей! – заверещал снизу блондин, - Вы вообще ничего не поняли! Это… Это все этот Саске! Он полез ко мне, а я…
На этих словах голос Наруто затих, хотя речь по всем понятиям еще не была закончена. Причиной этому был ни кто иной как Саске, а точнее – его рука, закрывшая блондину рот. Приблизив свое лицо к щеке Узумаки, Саске коснулся кончиком языка смуглой нежной кожи, другой рукой тем временем проникая за пояс штанов блондина.
Какаши закрыл книгу и с интересом уставился вниз.
От возмущения Наруто задергался, но хватка Учихи была крепка. Рука брюнета уже теребила молнию на штанах Узумаки, а губы, не останавливаясь, блуждали по шее, оставляя красные следы.
Хатаке уселся на ветке поудобнее и отодвинул бандану со второго глаза для наилучшего просмотра.
- Какаши-сенсей, вы что же, даже мне не поможете?! – сумев, наконец, убрать руку Саске с лица, закричал Узумаки.
- Я просто хочу узнать, будет ли он заниматься этим на моих глазах или же утащит тебя в кусты, что, кстати, было бы логичнее, - спокойно ответил Какаши.
- Че?!
- Ну…
- Вы извращенец, Какаши-сенсей, знайте это! – закричал негодующе блондин, прежде чем его, словно последовав совету Копирующего шиноби, затащили за дерево.
«Интересная вещичка, - подумал Хатаке, задумчиво глядя на блестящий обруч на голове брюнета, - Интересно, Хокаге уже знает?» - и, снова надвинув бандану на левый глаз, Какаши перепрыгнул на другое дерево, направляясь в сторону резиденции Конохи.
- Саске! – разнесся по лесу не такой возмущенный как мгновение назад крик.
«Ого... Да парню уже штаны снимают, - скосив в сторону предполагаемого источника звука глаз, что означало относительную заинтересованность в происходящем, подумал Хатаке, - Надо бы поспешить. Хотя… куда мне, собственно, торопиться?»
Когда мирно гуляющий в поисках вдохновения по лесу Сай услышал возмущенный крик Наруто, он сперва не предал этому никакого значения. Наруто всегда кричал, по поводу или без. Это было его характерной особенностью. Но, когда разъяренный крик Узумаки стал понемногу стихать и волшебным образом преобразовываться в протяжный стон, Сай насторожился. Остановившись посреди леса, он стал раздумывать над тем, что было бы лучше в данной ситуации: пойти на голос блондина и узнать причину этих странный звуков, потому что, со всей своей недалекостью в области человеческих отношений, причину стона Сай определить не мог, или же остаться здесь и заниматься тем, за чем, собственно, он сюда и пришел – рисованием. Не придя к решению, Сай высунул из-за пазухи книгу «Общение для чайников» и принялся судорожно ее листать. Найденная спустя несколько минут информация гласила:
«Если в лесу/туалете/ванной/чьем-то доме/кабинете Хокаге вы услышите странные протяжные звуки, знайте, это – стоны, и лучше лишний раз вам туда не соваться, или соваться, но так, чтобы вас не заметили. Для наиболее расширенной информации приобретите нашу новую книгу «Камасутра для чайников». Приятного подглядывания, дорогой читатель!»
- Надо будет зайти в книжный на обратной дороге, - сделал вывод Сай и с интересом покосился в сторону прозвучавшего снова стона.
- Черт! – из кустов навстречу ему выпрыгнул Наруто, прямо в полете пытаясь застегнуть ширинку штанов.
- Черт, - повторил он снова, приземлившись рядом с Саем, и обращаясь, похоже, тоже к нему.
- Сай, - мягко поправил его воспитанник «Корня».
- А…Да…я не про это… - Наруто вздрогнул, услышав хруст ветки и обернулся. По дереву, цепляясь когтями за кору, пробежала белка. Блондин облегченно вздохнул и приложил руку к сердцу.
- Что ты здесь делал, Наруто-кун? – попытался завести разговор Сай, кося глазом в книгу, подобно Какаши, и добавил уже от себя, - …со спущенными штанами…
Наруто почему-то покраснел.
- Я… в туалет ходил… - ответил он, немного помедлив, - Да, в туалет!
- А почему ты стонал? – Сай, к всеобщему сожалению, не умел промолчать в нужный момент, - Потому что был в туалете?
Наруто покраснел еще сильнее, по цвету напоминая сваренного в кипятке рака, и затрясся.
- Я… я… да, стонал в туалете! – Узумаки демонстративно отвернулся и побежал в сторону Конохи, напоследок бросив, - В отличие от тебя, я умею наслаждаться маленькими радостями жизни! – и самый непредсказуемый шиноби деревни Скрытого Листа, не переставая озираться, скрылся из виду.
Сай в одиночестве остался стоять посреди леса, задумчиво разглядывая траву под собой.
«Жизнь проходит мимо», - печально подумал он.


Сакура шла по полутемному душному коридору резиденции. В ее руках была стопка папок, половина которых была запечатана, судя по внешнему виду, около десяти лет назад.
«Не так уж сильно любил Третий Хокаге свою работу, - подумала Сакура, переворачивая стопку в руках, - Во всяком случае – бумажную…»
Впрочем, нынешняя Хокаге, она же учительница Сакуры, внучка Первого, Цунаде-химе тоже не благоволила ежедневные разборки бесконечных, как уже казалось Харуно, архивов Конохи. Просто, как показало время, перерыть несколько полок документов за день было для нее гораздо легче, чем выслушивать нескончаемые претензии Шизуне, а, в последние несколько месяцев, еще и осмелевшей Сакуры.
Куноичи направилась к двери маячившего впереди кабинета и перекинула стопку папок в одну руку, собираясь постучать. В тот момент, когда ее кулак уже был готов опуститься на толстую дубовую дверь, неимоверной громкости голос за стеной произнес:
- Всем спокойно! Я обещаю, что сама лично остановлю этот обруч, не будь я Пятая Хокаге!
Рука Сакуры замерла в воздухе.
- Но Хокаге-сама! – это был уже голос Нейджи, - Обруч очень опасен, поверьте мне! Я сам лично видел, на какие ухищрения он способен!
Рука куноичи медленно опустилась.
Нет, она, конечно, подозревала, что ее учительница малость не в себе. Это было нормально, если учесть, что около двадцати лет своей жизни она провела в одной команде с Джирайей и Орочимару. Да и сам пост Хокаге попросту не подходил для абсолютно здорового психически человека, это в Конохе было известно всем. Но Нейджи! Когда он-то успел сойти с ума? Может быть, в тот момент, когда Гай решил учить его, кроме техники боя шиноби, чему-то еще? В таком случае все вопросы отпадают.
Забыв постучать, Сакура зашла. Присутствующие, а в их числе, кроме Цунаде и Нейджи, были и все остальные члены команды Гая, живо обернулись в ее сторону. На их лицах Харуно прочитала неподдельное волнение.
- Извините… - начала она.
- Ты вовремя, - перебила ее Цунаде, - У нас ЧП. Собери шиноби, сколько сможешь найти, и приведи их сюда.
Сакура даже не успела сказать то, зачем пришла, а именно - «Успокойтесь, Цунаде-сама, вы просто перетрудились», как в окно постучали.
- Йо! – Какаши-сенсей залез в открытую фрамугу и, обведя присутствующих безразличным взглядом, обратился в первую очередь к Хокаге, - Похоже, о неизвестного производства обруче вам уже известно?
Цунаде приподнялась на стуле.
- Ты тоже знаешь?!
Какаши промолчал и почесал через маску нос. Взгляд его заскользил по столу Пятой и остановился, наконец, на дырявой коробке Гая.
- Понятно… Неудивительно, что вы о нем уже наслышаны.
- Какаши, - раздраженно окликнула его Цунаде,- Говори яснее!
-Да-да, - Хатаке закрыл свою излюбленную книжку, затем помолчал немного, снова открыл ее и сказал, - Ну, если по сути, то обруч сейчас на голове Саске.
Пятеро пар глаз устремились на копирующего ниндзя.
- …а Саске сейчас с Наруто, - завершил свою реплику Какаши.
Всех, кроме ни о чем пока еще не подозревающей Сакуры моментально передернуло.
- Мы должны остановить это моральное разложение личности! – Хокаге встала из-за стола и, в лучший традициях Какаши, направилась к окну, - Все за мной! Быстро!
* * *
Двигаясь медленно и осторожно, как на минном поле, и беспрестанно оглядываясь по сторонам, Наруто все ближе и ближе продвигался к своей цели.
Целью была дверь его квартиры, а опасностью и препятствием на пути ее достижения была возможность встретить где-нибудь Саске. Но ни Саске, ни вообще каких-либо признаков живых существ на улице не было, что не могло не радовать. Благополучно достигнув двери дома и прошмыгнув в темный коридор квартиры, Наруто с облегчением прислонился к прохладной бетонной стене. Теперь, наконец-то, можно было расслабиться.
Узумаки, не торопясь, направился прямой наводкой к холодильнику и, достав из него свежевскрытый пакет молока, свернул в сторону комнаты, на ходу утоляя жажду.
Но картина, которую он увидел в своей спальне aka гостиной aka помойке, заставила его поперхнуться. Остервенело кашляя, Наруто до неузнаваемости круглыми глазами смотрел в сторону окна. На его фоне, забравшись с босыми ногами на кровать, сидел Учиха Саске собственной персоны.
- Как ты долго, - улыбнувшись, от чего по телу Узумаки пробежала целая стая мурашек, сказал брюнет и, встав с постели, направился к нему.
Кашель Наруто сразу же прекратился, а коленки подогнулись, когда Учиха, притянув его к себе, слизнул белую дорожку молока, скользившую вниз по подбородку Узумаки.
- Саске… - пробормотал блондин, не желая уже сопротивляться, но для порядка попытался оттолкнуть Учиху от себя ослабшими руками. Разумеется, Саске это не остановило. И, прижав друга к дверному косяку, брюнет провел языком вниз по его шее и, наклонив светловолосую голову чуть набок, с наслаждением прикусил губами кожу за ухом.
- Вот блин! – попытался описать свои эмоции и ощущения Наруто и, придя к выводу, что сказать что-то романтичное или дельное все равно не сможет, благополучно заткнулся.
Саске же тем временем наполовину расстегнул «молнию» на его куртке и провел рукой по ключице. Наруто застонал, когда брюнет, опустившись перед ним на колени и задрав вверх футболку, стал ласкать языком его обнаженные живот и грудь.
И, как всегда в самый неподходящий момент, в голову Узумаки пришла одна очень волнующая мысль – «А что будет дальше?» Да, сейчас все нормально. Все так, как и должно быть. Но ведь Саске явно не собирается останавливаться на одних только поцелуях, и тогда… Интересно, что должны делать два мальчика в таком случае?
И Наруто запаниковал, мысленно хватаясь за голову от незнаний в столь трепетном вопросе. Справедливости ради, однако, надо заметить, что, в общем-то, Узумаки не слишком хорошо разбирался в интимных отношениях и противоположных полов. И то, что должны были бы делать вместе мальчик с девочкой в таком случае, тоже мало себе представлял. Но, если бы на мете Саске сейчас была бы, скажем, Сакура, Узумаки, как, во всяком случае, он сам считал, что-нибудь бы сообразил. Но один только факт того, что все, что сейчас происходит с ним, делает Учиха, отбивал у Наруто малейшую, и без того, кстати, редкую, возможность мыслить.
Так, соображать, что же там им делать дальше, пришлось Саске.
Тот, однако, ни секунды не колебался и, чуть не порвав в процессе раздевания последние узумаковские штаны, схватил блондина за руку и толкнул к постели.
- Черт, - Наруто больно ударился об изголовье кровати и, повернувшись лицом к Саске, возмущенно заорал, - Осторожнее, теме!
Учиха, недолго думая, заткнул рот блондину одним из самых эффективных способов – поцелуем. Промычав что-то нечленораздельное в губы Саске, Наруто смирился со своей «укешной» долей и, закрыв глаза, целиком отдался ощущениям.
«Как же он здорово целуется! Как же здорово, что я целуюсь. Ятта! Я уже взрослый!» - радовался внутренний Наруто, пока Учиха, не отрываясь от губ блондина, снимал с него трусы. Когда же Узумаки оказался совершенно голым перед брюнетом и начал смутно догадываться о том, что ожидает его при таком раскладе в ближайшем будущем, радость как-то незаметно улетучилась.
- Саске, - настороженно позвал блондин, из-под челки поглядывая на Учиху, - А зачем ты облизываешь пальцы?
Брюнет промолчал и придвинулся ближе к ничего не подозревающему парню.
- Саске!!! – острая боль поднялась откуда-то снизу спины и распространилась по телу Наруто, - Так вот зачем ты это делал!
Из окна узумаковской квартиры послышалась пара криков, грохот, а затем голос, несомненно принадлежавший Наруто, потребовал:
- Высунь их оттуда немедленно!
Через пару минут ситуация повторилась:
- Я сказал – немедленно-о-о-О!
Семеро силуэтов мелькнули в небе. Приземлившись на крышу длинного узкого здания, они немедленно оттолкнулись и снова взмыли в воздух, заставляя редких прохожих оборачиваться и бросать недоумевающие взгляды в их сторону, гадая, что за срочное задание могло заставить их так быстро нестись под раскаленным до предела к трем часам дня солнцем.
- Сбегай в больницу, принеси побольше бинтов, успокоительного – возьмешь у Шизуне. Она там сейчас. Скажешь – я приказала, - отдавала приказ Цунаде, обращаясь преимущественно к Ли.
- Есть! – шиноби приложил руку к голове, словно отдавал честь.
- Быстрее!
- Так точно! – фигура парня исчезла из виду.
Какаши нагнал Пятую и побежал рядом с ней.
- А зачем бинты? Боитесь, будут раненные? – спросил он.
- Да нет. Ими мы Саске свяжем, если успокоительное не поможет.
- А Наруто?
- А Наруто задницу я потом заштопаю.
Бегущая чуть позади Сакура судорожно сглотнула.
«Боже, я не хочу туда идти», - подумала она.
Саске, ты знаешь – ты наглый, - рассуждал, скорее, сам собой Наруто, пока Учиха, оставив его задницу в покое, раздевался, сидя к блондину спиной, - Суешь мне…руку….сам знаешь куда, совершенно не заботясь о моем здоровье. Нет, конечно, оно, может, потом было и приятно, но ведь… Предупреждать надо!- Наруто заметил, что руки брюнета снова обхватили его за талию, - Вот сейчас… Что ты собираешься делать?
Саске молчал.
- Не игнорируй меня, теме! – разозлился Узумаки и забрыкался в руках друга, пытаясь добиться какой-нибудь реакции со стороны брюнета хотя бы таким образом.
Реакции, разумеется, никакой не последовало, во всяком случае – словесной. Зато очень красноречиво говорила сама за себя заломленная рука Наруто. Еще секунда – и он оказался на коленях, тихо скуля от боли. Свободная рука брюнета прошлась по спине Узумаки, погладила ягодицы, скользнула между ног.
- Не честно… - попытался в очередной раз доказать свою значимость в этом процессе блондин и, выпрямившись, коснулся затылком лица Саске. В ответ на это, Учиха отпустил его руку и, обхватив тело Наруто, снова повалил его на кровать. Узумаки почувствовал губы брюнета на своих плечах, потом на спине, пояснице. Затем Учиха лизнул легонько его бедро и перевернул Наруто на спину. Столкнувшись взглядом с черными глазами Саске, Наруто почувствовал, как краснеет.
- Я… - хотел что-то сказать Узумаки, но брюнет снова закрыл ему рот поцелуем.
Одновременно с этим Наруто почувствовал острую боль внизу спины, куда более сильную, чем пару минут назад, и попытался закричать, но крик вышел сдавленным, хриплым.
Саске прижал его руки к кровати и сделал несколько толчков. Узумаки сморщился от боли, проклиная все на свете, в первую очередь, причем, тот миг, когда заметил спящего Учиху в лесу. В это время брюнет оторвался от его губ и провел рукою между ног Узумаки. Миг, когда Наруто имел неосторожность разбудить Саске, сразу же стал намного прекраснее. Через пару минут подобных действий блондин был уже готов благословить и жару, сморившую Учиху под деревом, и воскресный день, когда никто не сможет помешать им, и весь мир.
- Саске, - прошептал он, обхватывая руками вспотевшую спину брюнета и прижимаясь щекой к его плечу, - Саске…
Учиха судорожно вздохнул и, сжав рукой одеяло на постели, кончил прямо в Наруто.
Очень вовремя.
Дверь в коридоре с шумом открылась, и на пороге квартиры замаячили знакомые фигуры.
- Эээ… - выдал Наруто, повернув голову в их сторону, что должно было, видимо, означать «Ну мы попали».
- Эээ… - в той же манере произнес появившийся в проеме двери Нейджи, правда, в его случае это переводилось как «Ну ничего себе, они тут устроили!»
- Не может быть… - услышал Наруто тихий голос Сакуры и, посмотрев в ее сторону, увидел, как девушка, прислонившись к стене, медленно сползает вниз.
Цунаде зашла последней. Никак не прокомментировав ситуацию, она молча приблизилась к кровати, на которой в весьма недвусмысленной позе восседали в обнимку Саске и Наруто, и сорвала обруч с головы брюнета. Учиха удивленно захлопал глазами, огляделся по сторонам, словно видя квартиру Наруто впервые, и, скользнув взглядом по голому телу восседавшего на его коленях блондина, произнес:
- Эээ…
Перевести сие высказывание брюнета, к сожалению, автору не позволяет цензура.
* * *
Было около семи часов вечера, когда страдания Наруто достигли своего логического завершения. Узумаки страдал и страдал так долго и основательно, что лимит его сил, ежедневно уделяющихся всяческого рода душевные переживания, был исчерпан. Так что теперь, лежа на животе в своей комнате, Наруто просто сверлил стенку абсолютно безэмоциональным взглядом.
Думаю, не стоит лишний раз говорить, что причиной примерно трехчасовых мучений Узумаки был эпизод из сегодняшнего дня, а именно – расчудесная картина, представшая перед Цунаде, Какаши, Сакуры и команды Гая в его квартире. Но ужаснее всего было, конечно же, то, что Саске делал все эти произошедшее сегодня непристойности с Наруто вовсе не потому, что сам этого хотел, а потому…
«Я ЗНАЛ, ЧТО МНЕ ВОСДАСТЬСЯ ЗА ТО, ЧТО ПОДБИРАЮ НА УЛИЦЕ БЕСХОЗНЫЕ ВЕЩИ!!!»
Правильно. Потому, что на его голове был этот пресловутый обруч. Одно осознание этого уже само по себе вгоняло в тоску. А осознание того, что теперь Саске, как минимум, будет ненавидеть его, добивало полностью. Мученические вздохи, затихшие было за неимением у Узумаки на них сил, возобновились с новыми тоскливыми нотками в голосе.
«Ну вот… Раньше он со мной просто не говорил, а теперь и видеть-то не захочет. А ведь, между прочим, у меня по его милости сейчас болит задница!» - Наруто потер свою пятую точку и одновременно попытался подняться с кровати, чем-то отдаленно напоминая при этом гусеницу.
В такой, мягко говоря – оригинальной, а, если уж по правде – дебильной позе застал его вошедший в комнату Саске.
-Кхем, - прокашлялся он, привлекая внимание сосредоточившегося на своей заднице блондина, - Я помешал?
- А? – Наруто поднял голову, единственную свою переднюю точку опоры, и упал обратно на кровать.
Саске слабо усмехнулся.
- Э…ты…я…ты…Что? – данная малопонятная даже самому Узумаки речь изначально задумывалась как вопрос «Зачем ты сюда пришел?», но не сложилась по причине того, что адресована она была Учихе.
Саске, однако, временами был весьма догадлив.
- Зачем я здесь? – брюнет подошел к кровати Наруто и опустился на край. Блондин сидел сзади него по-турецки и изредка бросал на Учиху осторожные взгляды, - Разве и так не ясно? К тебе пришел, - и, обернувшись, брюнет так выразительно посмотрел на Узумаки, что тот невольно отшатнулся и густо покраснел.
- Хочешь поговорить о… - Наруто попытался найти какое-нибудь менее вызывающее слово для определения их сегодняшнего занятия, - …об этом?
Саске честно попытался сохранить привычно серьезное выражение на своем лице, но все-таки улыбнулся.
- Не смейся теме, - послышалось слегка возмущенное от блондина.
- Я и не смеялся.
- А жаль, мне бы хотелось…
- Идиот, - Саске встал и повернулся к Узумаки, - Вообще-то я пришел, чтобы вытащить тебя, наконец, из этой конуры, - он обвел взглядом стены, подразумевая под «конурой», видимо, жилплощадь Наруто, - Если хочешь, можем даже съесть эту твою лапшеобразную гадость.
- Правда? – глаза блондина загорелись в предвкушение.
- Правда…
- Тогда – пошли! – и Наруто, живо спрыгнув с постели, обогнал Саске в дверях.
- Пошли… - взгляд брюнета заскользил вниз по спине Узумаки, и лицо Учихи озарила плотоядная улыбка.
«После лапшеобразной гадости нам определенно будет, чем заняться», - подумал он, затворяя за собой дверь.
Эпилог.
Утреннее солнце залило песчаные холмы Суны и крепость Скрытого Песка. Деревня постепенно оживала: из домов неспешно выходили люди и сворачивали на дорогу, ведущую к центральной улице селения.
Канкуро шел в кабинет Казекаге, время от времени закрывая рот ладонью, чтобы зевнуть. Он никогда не любил вставать рано, но жизнь шиноби заставляла его мириться с этим. Другое дело – его брат. Тот, после того даже, когда из него извлекли Шукаку, спал мало и вставал ни свет - ни заря, даже если этого не требовали обстоятельства. Впрочем, это было лишь плюсом для Казекаге.
Канкуро постучал в дверь кабинета и, не дождавшись приглашения, зашел внутрь. Комната пустовала. На столе Казекаге, абсолютно пустом, в отличие от неизменно заваленного целыми кипами бумаг стола Цунаде, лежала только вскрытая коробка и один единственный свиток с меткой Конохи.
- Гаара, - позвал еще раз кукловод и, получив в ответ все ту же тишину, подошел к столу.
В коробке лежала тонкая серебряная диадема, как решил, за неимением особых познаний в области украшений, окрестить ее Канкуро, с необычайно искусной крохотной резьбой по краям и маленькими завитушками.
«Ничего себе… - подумал шиноби и взял ее в руки, - Так это Гаара заказал что ли? …заказал женское украшение?...»
- Канкуро! – строго окликнули его сзади.
- Гаара?- от неожиданности кукловод встрепенулся и чуть не выронил «диадему» из рук, - Гаара… - он повернулся к брату.
- Кто. Разрешил. Тебе. Это. Трогать? – взгляд Казекаге стал подозрительно похож на взгляд Шукаку, будто бы его никто и не извлекал из Гаары.
- Да ладно тебе, - попытался уладить конфликт, пока он не превратился во что-то пострашнее обычных семейных передряг, старший брат, медленно отступая к столу, в то время, пока Гаара подбирался к нему с очень недобрым выражением лица, - Ну, подумаешь, я знаю о твоем странном увлечение… - Гаара подошел к нему вплотную, - Это же…ничего особенного, да? – Канкуро нервно засмеялся и, пытаясь превратить все в шутку, надел обруч на голову брата.
- Погоди! – испуганно закричал Казекаге, но тут же замолчал, так и продолжая стоять рядом с Канкуро.
- Ну вот, - кукловод извиняющее улыбнулся и поправил «диадему» на голове Гаары, - тебе даже идет… Честно…
Недолгое молчание воцарилось в кабинете Казекаге.
- Гаара… - наконец, нарушил тишину старший брат, - А что это ты на меня так смотришь?...


@музыка: Taeyang

@настроение: :demang:

@темы: Sasu/Naru

URL
Комментарии
2010-02-12 в 00:34 

Wild_wild_cat
фига се рейтинг: PG!тут минимум R-ка

2010-02-12 в 03:24 

Kira-chan@nya
Если вы думаете о том же о чём и я, то вы сумасшедшие
Wild_wild_cat , все зависит от автора ^^ Xотя вы правы, нужно подправить!! Спасибко :yes:

URL
   

Happy end

главная